В Берлине эксперты критикуют встречу бывших немецких и российских политиков в Баку, которую подтвердил президент Азербайджана Ильхам Алиев. Что о ней известно, а что нет, и кому она выгодна? Об этом рассказывает DW.
Это тот случай, когда одно слово искажает суть. «Алиев заявил о тайных переговорах России и Германии в Баку» — под таким заголовком во вторник, 21 июля, вышла новость в российском «Коммерсанте». Были похожие заголовки и в других СМИ, в том числе в Украине. Но встреча, причем не первая, бывших высокопоставленных немецких и российских политиков в столице Азербайджана, не была переговорами Москвы и Берлина. Ее участники называют себя «частными лицами».
Это дал понять во время визита в Берлин президент Азербайджана Ильхам Алиев, отвечая на вопрос корреспондента Deutsche Welle, и канцлер Германии, глава правящей консервативной партии Христианско-демократический союз (ХДС) Фридрих Мерц: «Мне о такой встрече ничего не известно».
Мерц считает, что говорить с Москвой время пока не пришло, а президент Владимир Путин отказывается остановить войну. Сам Алиев сказал, что власти его страны не знали о встрече, но подтвердил, что люди, о которых писали немецкие СМИ, действительно были в Баку с 12 по 14 июля. О ком же речь?
Что нужно знать об участниках встречи в Баку
С 2022 года известно о трех таких встречах в разном составе в Баку и одной — в Абу-Даби. Неизменные участники с немецкой стороны: 67-летний Рональд Пофалла, бывший политик ХДС, бывший глава ведомства канцлера Ангелы Меркель и бывший глава правления железнодорожного концерна Deutsche Bahn, а также Матиас Платцек, выходец из ГДР, в прошлом — премьер федеральной земли Бранденбург и глава Социал-демократической партии Германии (СДПГ). Оба в последнее время редко появляются на публике, но периодически ездят в Россию. Так, с начала войны РФ против Украины Платцек побывал в РФ минимум девять раз. В интервью Der Tagesspiegel летом 2025 года политик сказал, что им движет вопрос: «Как эта ужасная война может быть остановлена, как должен выглядеть мир после?»
С российской стороны постоянный участник — 84-летний бывший премьер РФ и топ-менеджер «Газпрома» Виктор Зубков. Все трое знакомы по германо-российскому форуму «Петербургский диалог». Немецкая сторона в 2021 году приостановила его работу, в 2023 году форум был распущен.
Активные немецкие политики редко принимают участие во встречах с российской стороной. В апреле 2025 года в Баку летал депутат бундестага от СДПГ Ральф Штегнер, известный как представитель пацифистского крыла и один из подписантов «манифеста» за диалог с РФ.
С российской стороны среди участников нынешней встречи в бакинской гостинице «Четыре сезона», о которой сообщали немецкая газета Die Zeit и телеканал ARD, были глава президентского совета по развитию гражданского общества и правам человека Валерий Фадеев и директор Института Европы РАН Алексей Громыко.
Помимо немцев и россиян, на встрече в Баку были замечены два бывших швейцарских дипломата — живущий в Берлине бывший посол Швейцарии Тим Гульдиман и бывший генсек Организации по безопасности и сотрудничеству в Европе (ОБСЕ) Томас Гремингер. Оба имеют связи с Россией. Гульдиман руководил группой содействия ОБСЕ, которая выполняла посредническую миссию во время первой чеченской войны. Гремингер руководил ОБСЕ во время действия Минских соглашений по Украине.
Встреча в интересах Москвы?
DW направила запросы нескольким участникам. Все они, назвав разные причины, от беседы отказались. Что говорят в Германии? Немецкая журналистка и публицистка, соавтор бестселлера «Провал» об истории немецкой политики в отношении России Катя Глогер считает, что сами по себе неформальные каналы общения, так называемые backchannels, полезны. Она напомнила, что один из участников — Тим Гульдиман — был таким «каналом» между США и Ираном, когда был послом в Тегеране.
В беседе с DW она также сказала, что одним из успешных исторических примеров была деятельность западногерманского политика СДПГ Эгона Бара, который в 1970-е годы способствовал подписанию ряда договоров ФРГ с СССР, ГДР и социалистической Польшей.
Нынешние встречи отставных немецких и российских политиков таким каналом, похоже, не являются, поскольку их миссия не согласована с правительством в Берлине, считает Глогер. По ее мнению, с российской стороны ситуация другая. «Я не думаю, что это частная инициатива. Наоборот. У них же были охранники», — говорит Глогер о россиянах. Она отмечает, что главное — не сам факт разговора, а то, о чем и как говорят.
«Мое впечатление: эти поездки выгодны прежде всего одной стороне — российской, которая может излагать свою позицию и использовать для ее распространения влияние в определенных кругах», — считает публицистка. Она напомнила, что Алексей Громыко, внук главы советского МИДа, в своих работах выступает за влияние на западных политиков с целью продвижения «альтернативного мира», а именно — на условиях Москвы. «Очевидно, речь идет о распространении позиций, которые должны влиять на дискуссию в Германии так, как этого хочет Кремль», — считает Глогер. Похоже, оценивают ситуацию и немецкие спецслужбы, о чем пишет Die Zeit.
Но возможно ли это? Насколько влиятельны отставные политики Пофалла и Платцек? «Сети контактов по-прежнему существуют. Могут ли они напрямую влиять на политику? Нет. Но они создают определенный фон, об этом говорят, — считает Глогер. — Иначе зачем относительно высокопоставленным российским собеседникам встречаться с частными лицами из Германии?»
Дискуссия о том, нужно ли Берлину вести переговоры с Москвой и по каким каналам, идет не первый год. В отличие от своего предшественника, социал-демократа Олафа Шольфа, канцлер Мерц не стал звонить Владимиру Путину. В экспертных кругах мнения расходятся. Одни считают, что создание каналов общения не навредит, а со временем может быть полезным. Другие говорят, что на данный момент это контрпродуктивно.
Среди критиков — берлинский политолог Йорг Химмельрайх. Вот что он написал весной 2026 года в статье для журнала Internationale Politik: «Создание новых каналов диалога с Россией в данный момент послало бы неверные сигналы. Путин и его пропаганда могли бы легко истолковать это как первый признак слабости Европы — как доказательство того, что Запад теряет терпение в этой войне». Он отметил, что это могут использовать оппозиционные партии в ФРГ, которые СМИ называют «пророссийскими».
Катя Глогер обращает внимание на еще один аспект — недоверие со стороны партнеров Германии, особенно Польши и стран Балтии, которое могут вызвать подобные встречи. «Это недоверие к немецкой внешней политике, которое мы себе не можем позволить. Подозрение, что [у Берлина] есть желание вернуться к прежним временам, используя прямые контакты с Москвой», — говорит публицистка.
Заголовки в российских СМИ указывают именно в этом направлении. Об «обеспокоенности» некоторых дипломатов из европейских стран говорится и в публикации британского издания The Times.