Поддержать нас
Беларусы на войне
  1. «С нас потом спросит руководство». Школы начали собирать информацию о сожителях родителей своих учеников — учительница объяснила зачем
  2. В четверг погода резко изменится. Объявлен оранжевый уровень опасности
  3. Западный политик догоняет Лукашенко по числу упоминаний. Исследователи показали, как меняется провластная пропаганда
  4. Соцслужбы сделали предупреждение из-за повышения пенсий
  5. Лукашенко потребовал «защитить детей от всякого рода проходимцев» в образовании
  6. В 2027 году заработают три изменения для тех, кто выезжает за границу
  7. «Теща» Лукашенко пыталась уничтожить частную медицину, но не получилось. Вспоминаем, как начиналась эра медцентров в Беларуси
  8. Спецпосланник президента США Коул приедет в Беларусь 14 сентября
  9. Минчане снова выстроились в очередь за квартирами. Вокруг какого ЖК ажиотаж на этот раз?
  10. Автоперевозчики будут передавать сведения о пассажирах, которые едут за границу, в единую государственную информационную систему
  11. В Литве предложили вслед за Латвией полностью прекратить автобусное сообщение с Беларусью
  12. Спросили у МИД Польши, как возвращение Почобута отразится на беларусах в этой стране и выдаче им документов
  13. В украинской разведке назвали факторы, которые удерживают Беларусь от более активного участия в войне
  14. «Интересы собственной страны». Бабарико сказал, чей Крым, и объяснил, почему раньше уходил от прямого ответа на этот вопрос
  15. Семья школьника громко заявила о буллинге в гимназии. Подробности резонансной истории


По результатам 2021 года, в Беларуси количество научных сотрудников составило 17 тысяч человек, меньше в истории нашей страны было только в далеком 1968 году, когда у власти находился Леонид Брежнев. Об этом написал политолог Андрей Казакевич в тексте для проекта «Банк идей».

Фото: TUT.BY

Это исторический минимум за последние более чем 50 лет — подчеркивает исследователь. По его словам, по статистике на момент распада Советского Союза, научных сотрудников в БССР было 59 тысяч, то есть в три раза больше, чем сейчас. Если взять средний показатель по 1980-м, то научными исследованиями были заняты 43 тысячи человек, то есть более чем в два раза больше, чем сейчас. То же самое можно сказать об инфраструктуре, числе научных направлений, финансовых расходах и вкладе науки в ВВП. Например, в позднем БССР такой вклад составлял около 2% ВВП, в 2021 году 0,5% — меньше в четыре раза.

Можно сказать, что от советского периода сохранилось в лучшем случае половина, а скорее всего, треть от потенциала и направлений, поэтому следует говорить даже не о стагнации, а об упадке всего сектора по большинству направлений. Попытки изменить эти тенденции имели некоторый успех только в 2005–2009 годах, когда число занятых в секторе росло в среднем на 3,8% в год, но восстановление быстро сменилось новым глубоким спадом, — отмечает Казакевич.

Также постоянно сокращался и спрос на продукцию белорусских исследователей, а сам сектор не смог эффективно встроиться в национальную и мировую экономику.

В отличие от Беларуси, в других странах число людей, занятых в этой сфере, постоянно росло. Например, с 2013 по 2019 год в ЕС их количество выросло с 3,6 до 4,4 млн, то есть приблизительно на 22,2%. В Германии — на 21%. Даже в стагнирующей Японии на 6,3%.

Рост был и на посткоммунистическом пространстве. В Литве рост составил 8,3%, в Латвии 16,8%. В Польше число занятых почти удвоилось, увеличившись на 85%. Из всех стран ЕС, которые приходилось анализировать, падение занятости в секторе было только в Финляндии, но там это можно объяснить высокой базой (76 тысяч на 5 млн, в Беларуси 27 тысяч на 9 млн).