На днях авторы YouTube-канала «Саша, что ты несешь?!» обратили внимание, что на Варшавском форуме по безопасности Светлана Тихановская была без обручального кольца. «Белсат» попросил пресс-секретаря лидерки демсил прокомментировать ситуацию, но вопрос остался без ответа. О том, правильно ли публично обсуждать личную жизнь четы Тихановских, в шоу «Как это понимать» порассуждали журналист Глеб Семенов и политический аналитик Артем Шрайбман.
Во время шоу Глеб Семенов поинтересовался, корректно ли обсуждать личную жизнь беларусских политиков в изгнании так же, как это происходит с Александром Лукашенко. В независимых СМИ не раз появлялись статьи о его семейном положении, возможных отношениях и внебрачных детях.
— Это скорее вопрос даже не политический, а из сферы медиаэтики, — отметил Артем Шрайбман. — Я бы сказал, что ответ на него целиком зависит от нашего восприятия политиков в изгнании. Считаем ли мы их еще политиками? Если да, тогда: «Да, однозначно». Особенно учитывая в случае Светланы Тихановской ее политическое происхождение — «я жена своего мужа, которая пошла за ним в политику». Поэтому, если в ее семейном статусе что-то изменилось, это имеет общественную важность.
При этом эксперт снова возвращается к своему первоначальному допущению. А именно: можем ли мы сейчас считать таких лидеров, как Светлана Тихановская, политиками?
— На седьмом году борьбы этих людей за свободную Беларусь мне сложно их как-то функционально отличить от лидеров правозащитных организаций. Например, Алеся Беляцкого. У него, насколько я знаю, замечательная семья, — говорит аналитик. — Но, допустим, фигура типа Алеся Беляцкого разводилась бы. Это достойный повод для обсуждения, для размусоливания в политических медиа? Не уверен. Думаю, у таких людей есть право на частную жизнь.
Глеб Семенов парировал. Для него Светлана Тихановская ближе к политикам, которые борются за власть, чем к правозащитникам. Артем Шрайбман считает иначе.
— Она явный антипод Лукашенко, понимаешь? — не согласился журналист.
— Мне кажется, функционально деятельность Тихановской сегодня — это уже не про борьбу за власть в Беларуси и не про претензию на наши бюджеты, налоги, на какой-то наш мандат, — отметил аналитик.
— Даже если посмотреть с точки зрения ее электората, назовем это так, ее аудитории… — продолжил Глеб Семенов.
— Это очень важно, есть ли у нее еще электорат, — уточнил Артем Шрайбман. — За Тихановскую давно никто не голосовал, и непонятно, когда проголосует. Я вижу в Светлане фигуру из того же ряда, что и другие лидеры адвокации за Беларусь. Эта адвокация может проявляться в разных ипостасях: в общениях с политиками, с дипломатами, в какой-то правозащитной, культурной работе <…>.
Эксперт говорит, что сейчас для него лидерка демсил — одна из «лоббистов Беларуси». По его мнению, у таких людей больше права на личную жизнь, чем у тех, кто открыто заявляет, что будет бороться за власть.
— Если я претендую на ваш голос на следующих выборах, на ваши налоги, соответственно, чтобы вы платили мне зарплату, у меня возникает обязанность рассказать вам больше, чем средний человек, — аргументирует свое мнение Артем Шрайбман. — Мне кажется, что контекст 2020-го в достаточной степени (для меня, по крайней мере) остыл, чтобы я стоял с транспарантом у офиса Тихановской и требовал: «Раскрой информацию, почему сняла кольцо» (смеется).
— Если отвлечься от личности Светланы Тихановской и поговорить абстрактно. Что-то может произойти с имиджем оппозиционного политика в изгнании, если вдруг станет известно о его разводе? — поинтересовался Глеб Семенов.
— Мне хочется думать, что беларусское общество уже зрелое и не судит о людях по тому, удался ли у них брак. Брак может удаться или нет не по вине конкретного человека, да и конкретного политика. Поэтому было бы не очень хорошо, если бы для кого-то это стало фактором, определяющим оценку личности <…>, — отметил эксперт. — Мне кажется, наши люди в целом довольно светские и какой-то религиозной сакральности вокруг темы брака у нас нет. Наверное, только если бы человек делал свое амплуа исходя из традиционных религиозных ценностей, занимался адвокацией в пользу сильной семьи, тогда его развод выглядел бы неким подтверждением лицемерия.
Однако, отмечает Артем Шрайбман, среди беларусских оппозиционных политиков таких «раз-два и обчелся». Причем последние не находятся на лидерских позициях.
— В случае Светланы, мне кажется, все, у кого уже успело сложиться критическое отношение к Сергею из-за всего того, что он говорил последние месяцы… Полагаю, люди, которые сочувствуют Светлане в этом конфликте, с облегчением вздохнули, узнав эту новость (об отсутствии кольца. — Прим. ред.), — рассуждает Артем Шрайбман. — Не думаю, что такая информация (о возможном разводе. — Прим. ред.) в 2026 году на кого-то плохо влияет.
Поблагодарить за статью